Старый шофёр — Социальная сеть для инвалидов СоСеДИ

Старый шофёр

18 марта 2015 - Сергей-на-Волге
Старый шофёр

…С семьёй не сложилось, были по молодости романтические встречи, получалось по-разному, с кем-то разбегались быстро, с кем-то жили некоторое время, — а единственной, своей, так и не встретил, приспосабливаться же и прилаживаться к кому бы то ни было ради соблюдения каких-то условностей было не в его характере… В жизни было всякое, и хорошее, и плохое, если задуматься – не так уж и бесцветно она прошла, всего было понемножку, и профессий разных тоже пришлось сменить за прошедшие годы. Со временем ушли на покой родственники, к дружеским знакомствам он и раньше-то стремился не особо, теперь и вовсе из приятелей не осталось никого. Спокойные одиночные прогулки, книги да телевизор по вечерам – вот и весь круг жизнедеятельности, расширять который совершенно, в общем-то, не хотелось.Сейчас он стоял на остановке – собрался на дачу. Зрение стало не то, вглядывался в непрерывный поток транспорта – в его годы страшно было себе представить такое, пара машин у светофора считались затором, — боялся пропустить нужный автобус (а раньше не было нужды вглядываться в номер маршрута, машины были закреплёнными и узнаваемы «в лицо»). Теперь всё стало незнакомым, странно стало входить в непривычные машины, чувствовался угнетающий неуют… Насколько же приятным было его удивление, когда к остановке подъехал один из немногих оставшихся старенький «ПАЗик» нужного ему маршрута. Дверь открылась, он торопливо зашёл, почувствовал знакомый с детства запах… Нашлось и свободное место, он сел, поставив на пол сумки с нехитрым скарбом, и ненадолго вдруг почувствовал себя молодым…Так получилось, что «по жизни» большой интерес у него всегда вызывал транспорт, причём транспорт общественный; с детства лучшим подарком для него была поездка на автобусе «ЛиАЗ-677». Тогда эти машины только-только появились в их небольшом городе; поскольку жили они в центре, и практически до всех необходимых мест можно было без особых затруднений дойти пешком, поездки были редкостью: одного по малолетству не отпускали, а для родственников, с трудом переносивших транспорт по причине укачивания, лишний километр в автобусе являлся сущим наказанием, и лишь в награду за хорошее поведение он мог рассчитывать на вожделенную поездку. Этот волшебный запах в салоне, эти неповторимые ощущения от движения… Неудивительно, что детской и подростковой мечтой было единственное: стать водителем такого автобуса.Теоретически, в этой мечте не было ничего недостижимого: получай права, открывай категорию «Д» и приходи в ПАТП-1 (автобусный парк) для трудоустройства. Практически было несколько сложнее, поскольку для допуска к сдаче на категорию «Д» (пассажирскую) требовался годичный (тогда) стаж работы на грузовом автомобиле. Это его не остановило: выучившись в технической школе ДОСААФ на самосвале «КамАЗ-55111», он поступил работать на фургон «ГАЗ-53». Мечта не утратила своей притягательности, её воплощение стало всё ближе и ближе, и по достижении обязательного 20-летнего возраста он посту-пил в Учебный комбинат, окончил курс и сдал экзамен на категорию «Д».Ещё не дождавшись нового водительского удостоверения (в те годы ГАИ их готовило по несколько дней), он побывал в отделе кадров ПАТП-1 и предложил свою кандидатуру. Работа водителя пассажирского АТП была достаточно престижной, вакансии появлялись сравнительно нечасто и естественно, что предпочтение отдавалось водителям со стажем работы на автобусе, которого у него быть не могло. Сыграла роль случайность: директор парка завизировал заявление о приёме на работу почти что по ошибке, спросив на ходу: «Ну, трудовую Вашу я видел, вроде всё в порядке, да?» Воплощение мечты решалось в эту секунду; ему ничего не оставалось, как, покраснев, кивнуть…

 

Но попасть на «ЛиАЗ» оказалось не так-то просто: в колоннах парка существовала своя иерархия, и новичков на регулярные рейсы ставили неохотно. Пришлось набираться опыта на «ПАЗике» – тоже, в общем-то, неплохой машине. Работа по обслуживанию производственных отделов парка (снабжения, связи, эксплуатации) была несложной, даже в какой-то степени «блатной», но хотелось большего… Первым шагом стал переход на так называемые «дежурки» – ночной служебный маршрут для развоза водителей и кондукторов со смены и на смену. Работать приходилось с 19 часов до 8 часов утра следующих суток в режиме «2 через 2». Молодой организм с этими нагрузками справлялся на тот момент успешно, а самое главное, диспетчера ставили иной раз на дежурные маршруты «ЛиАЗы», когда закреплённые машины «ПАЗ» и «КАвЗ» находились в ремонте.Однако просто так сесть на «677-й» и поехать было нельзя даже после работы на «ПАЗе»: требовалась дополнительная стажировка. И вот настал тот день, когда он впервые сел за руль прекрасного «ЛиАЗ-677»…

 

Конечно, это было незабываемо. Наставник, впрочем, его романтических чувств не разделял, появлению стажёра вполне обрадовался и спокойно прилёг поспать на капот в кабине, удостоверившись предварительно в способности новичка к уверенному самостоятельному управлению.Следующим шагом, уже поздней осенью, стал его переход вместе с прежним сменщиком на регулярные городские и пригородные маршруты второй колонны. За ними был закреплён походивший, но вполне «рабочий» «ЛиАЗ», и начались трудовые будни.Всякого было много за время его работы; воспоминания могли бы выразиться, на-верно, не в одной книге… Ушло в прошлое то время, отбегал его верный «ЛиАЗ», отбегали и красавцы «Икарусы», на которые автобусники той поры смотрели с нескрываемым удовольствием… Улицы города заполнились иномарками и неизвестными новыми машинами. На новомодную технику он смотрел с недоверием, а проезжая мимо стоящего в соседнем райцентре возле местного автобусного парка «ЛиАЗа» – на постаменте, с надписью «Автобусу-труженику», украдкой смахивал слезу……

 

За воспоминаниями время в пути пролетело незаметно, водитель уже начал притормаживать перед нужной остановкой. Следовало поторопиться, проходя к выходу, самым неприятным было бы задержать людей из-за собственной медлительности, и так замешкался, не приготовил вовремя деньги для оплаты проезда при выходе.Оказалось очень неловко искать нужные монеты в кармане, держа при этом на весу сумки; автобус уже остановился, открылась дверь, два заблаговременно приготовившихся к выходу пассажира, рассчитавшись с водителем, сошли на обочину. Ему же монеты никак не удавалось собрать, резко подступило чувство собственной беспомощности, задрожали руки, сумки пришлось поставить на пол, одна из них упала, по полу под ноги пассажирам покатилась какая-то мелочёвка… Водитель пока молчал, но было ясно, что надо любой ценой пре-одолеть эту ситуацию как можно быстрее, — положить на капот все монеты, которые получи-лось удержать в руке, схватить в охапку сумки и по возможности то, что выкатилось из них на пол, и бежать от этого позора куда подальше, по тропинке, ведущей к участкам через лес… Однако случилось непредвиденное. До этого молодой водитель держал холостые обо-роты двигателя принудительно, постоянно подкачивая педалью газа. (Машинально вспомнились собственные первые рейсы на «ПАЗе», когда приходилось делать так же: требовалось максимально снижать расход горючего, поэтому винты «качества» и «количества» на и без того капризных карбюраторах ГАЗовской 53-й «восьмёрки» прикручивали донельзя, — мера сомнительная, но считалось, что помогает, однако в результате движки постоянно глохли, стоило только убрать ногу с газа, так вот и тормозили: качнёшь тормозом, на момент — подгазовку, пока несколько секунд двигатель по инерции работает – снова на тормоз, и так несколько раз, благо, движение в те годы было в разы меньше нынешнего; здесь же, видимо, дело было в другом: на светофоре двигатель работал устойчиво, а вот передача включилась не с первой попытки и со скрежетом, значит, нет выжима сцепления; а газует на остановках потому, что заблаговременно, пока машина в накате и крутится вторичный вал, включает вторую передачу для последующего трогания с места, сцепление при этом на остановке «ведёт», диски шлифуются и мотор на холостых заглох бы). Нетерпеливо обернувшись на замешкавшегося немолодого пассажира, парень убрал ногу с педали газа и почти сразу же двигатель заглох.Посмотрев выразительно на продолжающего стоять в растерянности невольного виновника произошедшего, водитель попробовал снять машину со скорости и завестись стартёром, но сцепление, видимо, пропало уже совсем, а силой на «ПАЗике» передачу выключить или включить непросто, это не «КАвЗ», где рычаг напрямую на коробке, здесь пусть и короткая, но кулиса, и эта попытка не удалась. Тогда парень поднял находящуюся справа от себя крышку капота, при этом положенные на неё только что вышедшими пассажирами металлические деньги покатились в разные стороны. Это, к счастью, сильного внимания води-теля не привлекло; он выудил из-за спинки сиденья бутылку с красного цвета жидкостью, приготовился её открыть и с задумчивым видом погрузился в изучение подкапотного пространства.Сейчас бы и уйти, но… Что-то мешало старому шофёру оставить молодого водителя в затруднительном положении. Без труда догадавшись, что именно тот хочет найти под капотом и чего там как раз быть никак не может, не подумав о нежелательности непрошеных советов «под руку» и забыв о собственном недавнем неловком положении, он поставил свои многострадальные сумки на переднее сиденье и сформулировал коротко:- Под поликом.Сидящий за рулём чуть было не выронил бутыль с тормозной жидкостью; смысл сказанного дошёл до него не сразу.- Не понял, — буркнул он.- Сцепление? – уточнил пожилой.- Ну.- Я и говорю – под поликом.- Где под поликом? – по-прежнему «не въезжал» молодой.- Сейчас.Пожилой вышел из салона и подошёл к водительской двери; молодой приоткрыл её, смотрел на него сверху вниз.- Ну, выйди.Тот нехотя спрыгнул на землю, не выпуская из рук бутылку с БСК.- Вот, смотри, пока я жив.С этими словами пожилой подцепил рукой лежащий на полу резиновый коврик, поморщившись от посыпавшейся с него грязи, и загнул его край под сиденье. Обнажился ржа-вый металлический полик кабины и приспособленный на нём кусок листового железа, при-званный заменить собой штатные лючки доступа к главным цилиндрам сцепления и тормозов. Стоящий рядом молодой водитель смотрел на эти манипуляции с удивлением; «вон оно где, оказывается, а я же сегодня первый день только, на подмене, раньше и не работал-то на таких машинах никогда, а тут ребята предупредили, что вроде рабочий сцепления меняли и долить придётся, я вот и жидкость специально купил по дороге», — с оправдывающимися интонациями в голосе бормотал он.- Отвёртка есть? Поднимай лючок, — опытный пожилой водитель, показав молодому на железку, отошёл в сторонку.Поковырявшись пару минут, тот вытащил импровизированный лючок наружу, и, обнаружив под ним искомый цилиндр сцепления, заметил, откручивая пробку:- Да, точно, век живи – век учись…Долив жидкость в бачок, молодой закрутил пробку, поставил на место лючок, при-хлопнув его ладонью для верности, и распрямил резиновый коврик. Вытирая руки ветошью, заключил:- Порядок.- Качни пару раз, попробуй, — посоветовал пожилой.- Ага, сейчас.Влез в кабину, сделал несколько «качков» левой ногой, — «Во, совсем другое дело!» – почти без усилия снял машину со скорости. Бросив в салон: «Сейчас поедем!», спрыгнул снова наружу. «Пять сек!» – сказал на ходу старому и, обогнув сзади автобус, спустился в придорожные кусты.Пожилой, видя, что проблема вроде бы решена, захлопнул водительскую дверцу (чтобы не нервировать водителей мимо идущих машин) и направился было к пассажирской двери, чтобы забрать оставшиеся в салоне сумки. В этот момент, видимо, кто-то из пассажиров зачем-то прошёл по салону. Наверно, этого оказалось достаточно, или свою роль сыграл воздушный поток от прошедшего «КамАЗа», только не успел он сделать и пары шагов к двери, как автобус, скрипнув старым кузовом, медленно тронулся с места.«Вот чёрт, кто просил его нейтралку включать раньше времени», — пронеслось в голове. Быстро шагнув назад, схватился за ручку дверцы кабины, чтобы вскочить и затормозить, — колёса были повёрнуты таким образом, что неуправляемый автобус с пассажирами неминуемо покатился бы под уклон в аккурат на встречную полосу. Но не тут-то было. Давно лишённая нормального замка, дверца имела какую-то хитрость при открывании; на их машинах в автобусном парке тоже были всевозможные «фишки» вроде открывания путём нажатия специальным тонким сталистым прутком, и здесь, по-видимому, тоже было что-то вроде того. Разбираться времени не оставалось. На счастье, сдвижная фортка окна дверцы была приоткрыта, и, просунув через неё изогнутую руку и одновременно перебирая ногами, чтобы не упасть при всё более ускоряющемся движении машины, после нескольких полуакробатических попыток удалось открыть дверцу изнутри и затем, вскочив на ходу, повернуть руль в сторону обочины и нажать на тормоз, мысленно извинившись перед шарахнувшимся в сторону водителем встречного «УАЗика».От «ручника» остались, конечно, одни воспоминания; включив передачу и смахнув со лба выступившие капли пота, пожилой водитель вышел из кабины. Увидев по лицу подбежавшего молодого, что тому всё понятно и без слов, ничего не сказал, промолчал, сдержался.Внезапно в груди почувствовалась знакомая боль; стараясь, чтобы молодой не заметил, он прислонился к запылённому борту автобуса. Но тот, придя в себя от увиденного и зачем-то осмотрев дверь кабины, обернулся и, что-то увидев в его лице, незаметно для самого себя перейдя на привычное шофёрское «ты»:- Что с тобой? Всё в порядке? Прости ради бога. Но ты бледный какой-то.«Будешь с вами бледным…» Но вслух сказал:- Да нет, ладно, ничего, нормально. Сейчас, обожди, сумку заберу пойду, — ответил через силу, зная, впрочем, что неприятная боль скоро, после нескольких глубоких вздохов и последующей задержки дыхания должна отпустить.- Брось, садись, поехали, — проговорил, залезая в кабину, молодой. – Будешь пешком ходить. У тебя же здесь, за лесом, да?- Ну да, рядом, а ты же с пассажирами, брось, не выдумывай…- Садись, говорю. Время. Поехали!Пожилой зашёл в салон, сел на сиденье рядом со своей сумкой. Боль, как он и пред-полагал, начала потихонечку отпускать.С удовлетворением ещё раз почувствовав появившееся сцепление и без труда включив передачу, водитель закрыл дверь и тронулся с места. Воодушевлённый устранением проблемы, он обратился к сидящему пожилому коллеге:- А у меня всё равно обед будет, прокатимся, не вопрос, доедем до дачи, что тут – километра четыре от конечной, не больше, так где-то, да?- Ну да, примерно, вон поворот песчаный направо, — повернул голову старый. – Но мне всё равно неудобно, ну что тебе зря бензин жечь.- Да ладно, бензин. Не проблема……Они доехали до конечной в близлежащем посёлочке, высадили пассажиров, раз-вернулись и поехали в обратном направлении, к повороту в лес. «Попросить руля? – про себя подумал старый. — Не откажет, наверно… А впрочем, зачем… Только душу травить… Старый я стал, старый…»Автобус свернул на просёлочную дорогу, начались известные ямы и ухабы. «ПАЗику» они были не страшны – подвеска грузовая, но ощущения были не из приятных. Догадываясь, что именно думает про эту дорогу сидящий за рулём, старый благоразумно молчал, отвернувшись в сторону.Наконец лес расступился, и они въехали на узкую улицу садоводческого товарищества.- Хорошо хоть машины не стоят, день рабочий, а то тут только на таких сараях и ездить, — заметил пожилой.- Ничего-о, протиснемся… Где твоя, далеко ещё?- Да нет, почти приехали… Осторожней зеркалом!- Да вижу… — крутнул рулём, стараясь не задеть торчащий из-за забора кривой яблоневый сук.- Вон мой заборчик, видишь?- Этот? – показав пальцем и притормаживая, спросил водитель.- Ну да. Всё, гаси.Они вышли из автобуса, прошли к крыльцу дома; старый, повозившись с замком, открыл дверь.- Заходи.- Ничего так у тебя, уютно, — осматриваясь по сторонам, заметил его спутник.- Давай, садись вон за стол, ты же обедать собирался, — выуживая из сумки привезённые припасы, сказал хозяин. – Я чуть-чуть, если ты не возражаешь, — показал чекушку. - Да не вопрос, мне-то никак, а тебе для здоровья надо, — улыбнулся молодой.Они сели, пожилой вытащил бутерброды, луковицу, солёный огурец, поставил на стол термос, стопку.- Погоди, у меня же тоже там есть, — вскочил молодой, намереваясь сходить в кабину за приготовленным утром «тормозком».- Да сиди! Хватит нам тут на двоих. Потом ещё поешь, вечером, — остановил его хозяин, наполняя стопку. – Не спеши……Почувствовав приятное тепло после стопочки и расслабившись от столь благополучного завершения поездки, пожилой начал вспоминать свои молодые годы работы на автобусах. Видно было, что молодому интересно; прожёвывая бутерброд с колбасой и запивая его горячим чаем, он внимательно слушал…Старый шофёр рассказывал про «луноход» – знаменитый «ЛиАЗ-677». Как после су-ток работы на линии (а в те годы бывало и такое, приходилось выручать диспетчеров) в тридцатиградусный мороз менял колесо, орудуя двумя домкратами – пневмоподвеска с одной центральной передней «подушкой» (пневморессорой) не позволяла вывесить переднее коле-со одним; как учил стажёров заливать масло в коробку ГМП через отверстие для щупа (это так и делается) и смотреть уровень масла в ней при работающем двигателе (по инструкции), и как вдумчиво воспринявший науку стажёр стал пытаться долить масло в ЗИЛовский двигатель тоже через щуп, не найдя привычную по ГАЗовским движкам пробку на клапанной крышке, объясняя заметившим это гогочущим коллегам, что так учил наставник; как сам, только начав работу на «ЛиАЗе», удивлялся, что при включении позиции «ЗХ» (задний ход) контроллера машина тем не менее катится вперёд, и лишь потом ему объяснили, что это из-за недостаточного давления в коробке, надо дольше качать его холостыми оборотами двигателя; а сколько всякого другого было в ту пору, и молодые кондукторши тоже…А старый верный ПАЗик стоял перед домом, молчаливо «улыбаясь» передней облицовкой, и тоже, наверно, вспоминал тысячи пройденных по разным дорогам километров……Потом молодой водитель собрался, поблагодарил, они обменялись телефонами и автобус, рыкнув на прощание включаемой скоростью, отъехал; некоторое время слышался в отдалении шум двигателя и расплёскиваемых луж, вскоре и он стих.Старый шофёр прилёг на диван и незаметно для себя задремал… Ему снился новый, пахнущий свежей краской красавец ЛиАЗ. Вот начальник колонны отдал ему ключи – первый рейс новой машины!, получена путёвка в диспетчерской, расписались механик и врач… И вот в руках «баранка», впереди лента шоссе – того времени, без надоедливых иномарок. Показался встречный знакомый «ЛАЗ-699-Турист» — неужели это его друг из третьего парка, погибший много лет назад из-за придурка на джипе (тогда он вывел автобус из-под удара, все пассажиры остались живы, а сам не уцелел)? Да, точно, он, вот и левым поворотником моргнул в знак приветствия… А посмотрев в зеркало обзора салона, шофёр увидел лицо той самой молодой кондукторши, которой он тогда так и не решился ничего сказать… …

 

Зашедший на следующий день попросить нужный ключ сосед увидел лежащего с закрытыми глазами и улыбкой на лице хозяина и мялся на пороге веранды, не решаясь войти и потревожить его.Но старый шофёр уже был далеко отсюда. Где-то, может быть, в небесном измерении простиралась перед его автобусом свободная трасса в вечность… Он, такой же молодой, как и раньше, уверенно положив руки на рулевое колесо, внимательно следит за дорогой. Равномерно гудит двигатель, все показатели работы машины в норме.А юная симпатичная кондукторша, облокотившись на верхний поручень салонной перегородки, сквозь отодвинутую форточку с нежностью смотрит на него…

Большой выбор подшипников зарубежного производства в одном месте http://promzapchast.com/ .Для вас самые лучшие запчасти от ведущих мировых брендов для отечественного и иностранного транспорта.

Рейтинг: 0 Голосов: 0 955 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!