+182 RSS-лента RSS-лента

Буквы языка

Автор блога: Иван
[Censored!]
В моей — голове — бубнит — телевизор.
Похожий на космос — смеющийся выстрел,
И капли рассвета похожи — на молот,
Когда ты — усталый, когда ты немолод.

И режется в теле холодная роза.
Из стали, метели, полётом на остров,
Изгибом, зигзагом врывается в горло,
Похожа на молнию холодом ровным.

И дрожью на теле танцует неловко,
Опасливым, едким, тяжёлым осколком.
И падает скоро в постели неровность,
Сжимая, затягивая переломность.

А нежные реки ласкают спокойно.
А руки — как бреги, а кожа — надёжность.
Касание — вера, скрещенье — возможность.
А дальше… а больше… расходится сложность.

А что остаётся, когда аккуратно,
А что остаётся, когда осторожно
Слова не имеют значения больше?
Свободы совсем необузданна нежность.

***

Воспоминания касаний, воспламенение глубин.
(Тампоны — скальпели — зажим.)
Хотелось остро, ярко жить
Жизнь.

Хотелось посмотреть за край, в окно, в глазок,
Потом — в глаза — за горизонт.
Напиться воздуха — и вот, и вот он —
(Кислород.)

Хотелось — взглядом — всё прожечь,
Насквозь. Во всём добраться до ядра,
Делить, как самый острый меч.
(Едва…)

Закон: что тоньше, то острей
Всегда касается людей.
Где всё кончается — там дверь,
В ней вера. В точность. Тонких. Мер.

***

Модно. Голодно.
Люди
от страха
Забились
в смартфоны.
Что это
такое?
Это — такое:

Дразнят касаниями астронавтики
Землю, одетую в холод галактики.
Сверху капают слёзы Солнца.
Солнце курит. Луна смеётся.

***

1. Золотая стрелка перемещается конвульсиями.
2. Умирает с каждым вращением и упором механизма, заряженного концентрированной физикой.
3. Я не видел ничего вульгарнее золотых стрелок.
4. Потому что время — не золото, не песок, не вода.
5. Время — это нож, острейший и безболезненный.
6. Он отсекает выбор, отсекает возможности.
7. И дарит огранку.
8. Умение выбирать.
9. Каждый раз оставляя всё меньше выбора.
10. Пока, наконец, не оставит свободу без выбора.

***

Море зовёт свои корабли. Море считает приливами дни.
Море — название этой планеты, людям страшно немного
От этого. Море волнуется — с самого детства, а если
Замрёт, на всей этой — нет средства.

И Солнце забыло про эту планету,
Оставив Луну ей разменной монетой.
Монета скрывается тенью от Солнца.
Перевернётся — и — не — вернётся.

Мы — в рукаве, не за пазухой. Может,
Господь нас возьмёт — и перемножит,
Джокером будем — в честной колоде,
Чтобы заехать дьяволу — по морде,

Пока качает Ковчег Завета, я
Краем сознания чувствую это.
Но круглые, мягкие моря края
Когда-то впечатают в Землю меня.

И будет Луны искривившейся диск,
Размазанным аверсом падая вниз,
Блестеть серебром, перед морем пасуя,
Ведь море — название этой планеты.

***

Я кричал ему: "Затормози"! (Землю крепит соль твоей слезы).
На Земле уютно и легко, потому, что греют поезда.
Рай спешит за теми, кто живой. Сводит скулы синью бирюзы.
Спит, железный, а его депо спрятано от резкости шагов.

Снит, прилежный, гладкие пути, запахи объятий, светлых дней
Чувствует — от крыши и до дна — трепетом калёного листа.
Но с особенным, дрожащим чувством, любит снег (да-да!),
Потому, что от него тепло.

***

По улицам, по барам, по пьяным по угарам
И вниз и вверх зигзагом — потерянным и злым —
О добром-добром Боге словами говорим.
А добрый Бог смеётся: он счастлив и любим.

Пока у нас тут лагерь и кости с диким смрадом,
И страшная зараза, и всякий нелюдим.
Но выживем умело, ведь выжать Бога в клетке,
Из сердца Бога в клетке уверенно хотим.

А Бог прощает смело, а Бог прощает мудро,
Он хочет перламутра в весеннем ветерке.
И почему так странно, надломленно и хмуро
В словах о добром Боге, сожжённых на костре?

И новости пророка, конечно же, пророка,
Всё кончено: пророка — с приставкой слова -лже,
Что люди — только воры, что люди — только свора
Достали откровенно до глубины в душе.

И матерное слово, как ёмкая основа,
Просило выход снова. Но хватит, блять, уже.
Словам о добром Боге, счастливом, добром
Боге не место в этой самой, забытой всеми жэ.

***

Чтобы знать, когда закончится дождь
На холодной, бедной, жалкой Луне,
Я читаю море по волнам. Ну, что ж:
Он закончится в сентябре.

Повернётся калейдоскоп,
Рассыпаясь на витражи.
И раскроется песня волков,
Обогреет холодную жизнь.

И больная Луна расцветёт,
Если только закончится дождь.
Может быть, это бред или ложь —
Только вере в Луну всё равно.

Я читаю по морю Луну —
А Луна размечталась за край,
Что она — наш потерянный рай
Или звук, потерявший струну.
Иван +6 1 комментарий
На чутком равновесии ресниц
На чутком равновесии ресниц,
Когда глаза наполнены слезами,
Дрожит гроза, под крыльями птиц
Скрывая тяжесть будущего знания.

И ласточке на спину давит нежно,
Вжимая в камень хрупкую свободу.
И ласточка покорна, безмятежна,
Предчувствуя слезы живую воду.

И падает, пропитывая семя,
Полётом освещая всё пространство.
Земля дрожит, как будто бы успели
Раздвинуть горы, обнажая раны,

Одной слезой, подобной крику птиц
На чутком равновесии ресниц.
Иван +7 1 комментарий
Я жду волшебное письмо
Я жду волшебное письмо.
(прохладой ветра унесло.)
Вдыхаю аромата взвесь.
Сейчас и здесь. Я здесь.

Хочу, чтоб грели поезда,
Трудом колёс цепляясь за
Надёжность преданной земли.
И чтоб хотели и могли,

Укрывшись деревом купе,
Играя в карты на столе,
Легко смотреть глаза в глаза.
Ведь нынче в этом чудеса.

Хочу приехать в место, где
Полётам фавна на звезде
Не удивляются, а так...
Лишь улыбаются слегка.

И еду, еду, еду... жизнь.
Со мной поедешь? Ну, держись!
И жду волшебное письмо.
И в сердце, как в руках, оно.
Иван +8 4 комментария
***
Когда ты позабудешь, как дышать,
И резко высь зацепиться за крылья,
Спроси у гор, зачем камням летать,
Врезаясь в краски бледно-серой стынью.

Где ходит быстро медленная смерть,
Споём о том, кому кричать и петь:
(Спокойно встали спинами под плеть.
Сотрутся спины - волю не стереть.)

Скажи, мой друг, зачем уходят звёзды?
И что - душа, когда она взорвётся?
Погаснешь сам, а вера станет - твердь.
Включи мне Солнце, чтобы им гореть.
Иван +5 Нет комментариев
А вот..
Белое небо ложится на плечи,
Красные всполохи режут глаза.
Есть сон, есть руки, есть таблетки —
Новый завет потолка и креста.
Иван +3 Нет комментариев
***
Пусть нам твердят твердолобые камни,
Глядя с просторных высот и пустот:
«Всё повторяется: так океаны
Сохнут и жгут у планет оборот».

Капля дождя. Век её не повторен:
Паром восходит, питая песок...
Или течёт в океане, во шторме —
Мощи сметающей жизненный сок.

Падают годы с дерева жизни
Листьями лёгких тяжёлых картин.
Ветер мгновений — счастливых,
Капризных — неповторим.
Иван +6 1 комментарий
***
Между окон, заплёванных в светлые очи,
Душа цветёт - так, между прочим,
Как сладок путь стезёй порочной!
Ночью. Ночью. Ночью. Ночью.

И говорят, что шёпот свеж,
Когда выходишь покурить.
Закуришь - ярче свет. Хоть режь.
Яд остро заставляет жить.

И холодильник полупуст,
И позвонков усталый хруст.
Артрит непрожитых секунд.
И там, и там, и там, и - тут.

И улица похожа на
Непродолжение окна.
А жизнь - окно, окно.
Оно - оно. Есть око,

Даже но. Оно. Оно,
Как переспелое вино.
И поздно пить, и жалко не.
И перспектива на окне.

Оксонаметрия углов - на день улов.
От потолка и до полов. У снов -
Ловец. Хранитель снов
Не спит, оконных жаждет слов.

Что говорится у окна? Стеклом
Нетрезвая весна напишет на,
Напишет на твоих руках:
Пора в разлом.

И в окнах дом, где цвет души.
И воздух, что дышать спешит
На окнах оставляет след:
И есть, и нет. И есть, и нет.
Иван +3 2 комментария
Кукушка
«Кукушка» группы «Кино» — удивительная многослойностью, многогранностью и простой человеческой глубиной песня. Однажды Александр Градский в интервью поделился ощущением: Цой предчувствовал свою смерть и в каждой песне прощался с нами. Я тоже так думаю, а вернее — чувствую.
Чувствую, что «Кукушка» — песня, в которой прощание приобретает ярчайшие краски. Такой масштаб, каким он должен быть. И, хотя я не киноман, не умею анализировать поэтические тексты профессионально, я не филолог и не музыкант, но... поговорить об этой песне — печальной и возвышенной, грустной, но смотрящей в будущее — очень хочется.
Начну с начала. Я не видел оригинального текста «Кукушки», не знаю, где там стоят запятые, точки и тире... и стоят ли вообще. Но тем, наверное, лучше: я передам ощущения именно от песни, от её звучания, доверяя интуиции.
Иван +3 2 комментария
***
На пороге спит тревожность.
И Луна цветёт красиво.
Я имел неосторожность
Стать уверенным и сильным.

Чай, запомнившийся горьким
Проливается не в чашку.
Не стремиться быть понятным -
Так остаться одиноким.

Ты идёшь касаний ради
В снега ветреную лёгкость.
Свет, растрёпанный снегами
В пыль земную растечётся.

Говорила пыль с поэтом:
Блоком, Маяковским, Бродским...
Может быть, поэт поэтому
Снегом тающим разбросан.

Да какая к чёрту разница?
Всякий свет всегда сгущается.
Люди, так на свет похожие
Тоже временем смущаются.
Иван +6 5 комментариев
Сижу на карнизе. Смотрю, что там внизе
"Сижу на карнизе. Смотрю, что там внизе".
А внизе — капризы. И люди повисли,
И люди завязли, и люди в тисках.
И Солнце проталину жгёт в небесах.

И ныне возвышен, обласкан, взлелеян
Сарказм — как в стихе — топором неумелым.
И слово порезано — на телеграмы,
На пьяные стримы, на срач в инстаграме.

И оры икспертов — до ныне в почёте.
ТВ разжигает, (тырнетом — размножив).
Культурный упадок. Рождается в споре
Не истина, а ядовитые споры.

Бактерии, вирусы, шлаки, короны...
Медуза на Хабре разложит Реддит
(И это Андоиду не повредит)
И Яблоком снова, и Яблоком скоро

Отравятся люди: изменится вид...
Да лучше б, наверное, ели бананы,
В пещерах бы жили, как те обезьяны.
А впрочем, по-прежнему, видимо, мы

На стенах рисуем ушедшие сны...
И котик глядит иногда со стены.
И мы, как Египта усталые люди.
Мечтаем о Солнце не в небе: на блюде.

Доедаем планету и пьём океан.
А он предназначен... ну, вовсе не нам,

А только немым и седым облакам.